Перевод этой статьи был выполнен товарищами из группы “Коммунистический Прометей”, с которой мы поддерживаем отношения, основанные на братском обсуждении и выяснении наших соответствующих позиций. Сайт товарищей: https://comprom.org А связаться с ними можно по адресу: public@comprom.org

Было время, когда в истории людей взошло солнце и свет дня озарил головы. Угнетение было задвинуто в угол. Новая жизнь обрисовалась на горизонте, ослепительная как никогда. Республиканская конституция, новый Талмуд, заставляла миллионы людей доброй воли преклонять колени в её обожании. «_Республика признаёт и гарантирует неотъемлемые права человека – как отдельной личности, так и в социальных образованиях, в которых проявляется эта личность, и требует выполнения неотъемлемых обязанностей, вытекающих из политической, экономической и социальной солидарности_» (ст. 2). Затем со статьёй 3 мы делаем скачок в прошлое – хотя оно, по крайней мере в вопросах принципа, то есть власти, всегда возвращается заново; в данном случае прыжок назад совершается целых два раза: «_Все граждане имеют одинаковое общественное достоинство и равны перед законом без различия пола, расы, языка, религий, политических убеждений, личного и социального положения_». Это недавнее прошлое самой прекрасной конституции в мире – мы находимся в 1948 году.

Статья 1 “Декларации прав человека и гражданина” гласит: «_Люди рождаются и пребывают свободными и равными в правах. Общественные отличия могут быть основаны только на общей пользе_». И здесь прошлое стоит дальше по времени – мы возвращаемся к французской революции 1789 года. Но чтобы завершить эту, поистине отвратительную, картину – как не вспомнить и другой высочайший шедевр: “Всеобщую декларацию прав человека”, принятую 10 декабря 1948 года Генеральной Ассамблеей Организации Объединённых Наций (ООН). Высочайший форум, которым человеческий род себя наделил, чтобы со всеми почестями узаконить “царство капитала над трудом” во всём мире. Шедевр неравенства, выданный за свою противоположность.

Статья 2 повторяет те же басни о (буржуазных) правах, уже процитированные выше: «_Каждый человек должен обладать всеми правами и всеми свободами, провозглашёнными настоящей Декларацией, без какого бы то ни было различия, как-то в отношении расы, цвета кожи, пола, языка, религии, политических или иных убеждений, национального или социального происхождения, имущественного, сословного или иного положения._

_Кроме того, не должно проводиться никакого различия на основе политического, правового или международного статуса страны или территории, к которой человек принадлежит, независимо от того, является ли эта территория независимой, подопечной, несамоуправляющейся или как-либо иначе ограниченной в своем суверенитете_». Мы привели её целиком, не в обиду читателям, потому что это шедевр, который повсеместно – а как иначе? – выдаётся за высочайший принцип равенства и недискриминации, какой только могли произвести на свет “универсальные” умы после долгих мучительных родов. Не нужно разбирать по буквам каждое слово, чтобы его проанализировать – каждая отдельная гласная или согласная утверждает обратное. Иначе какой же это был бы шедевр.

Пока же, ещё прежде чем войти в эти джунгли ядовитых змей, хотим прежде всего подчеркнуть, что самая “продвинутая” (декларация) на деле оказывается “наименее продвинутой” – хотя бы потому, что и по сей день, спустя почти два с половиной века, вперёд не сделано ни шагу, скорее наоборот. В то время как в 1789 году слово “раса” не встречается ни разу – и это был сознательный, твёрдо принципиальный выбор тогдашних революционеров, – в 1948 году оно вводится и в Конституцию, и Генеральной Ассамблеей ООН. И до сих пор красуется там во всей своей красе. Оправдание, в общих чертах, философов, социологов, антропологов, интеллектуалов и прочего варева, к которому мы питаем огромное непочтительное уважение, сводится к тому, что «понятие расы используется как социальный конструкт». Так вот, с биологической точки зрения (хотя бы в этом наука единодушна) человеческих “рас” не существует – а там, где они всё же “существуют”, обычно пасутся всякие трампы, сальвини и прочие животные (хотя, пожалуй, “твари” было бы уместнее) одной и той же “расы” – то есть представители фашиствующей и расистской буржуазии. Пресловутая “белая раса”, возвышающая себя до господствующего класса силой господства капитала, встающего перед пролетариатом словно Молох.

Разумеется, то же самое происходит и с менее известными “расами других цветов”. Чёрные капиталисты в Африке или где угодно ещё, ничем не отличаются от западных капиталистов. Фундамент, на котором стоят и те, и другие, – одного и того же цвета, или, если угодно, одного и того же запаха: денежного. Ну а понятно, что при равном запахе запах “белых” всё же благороднее. Оба они – одной и той же “капиталистической расы”. Материальный процесс капиталистического производства порождает бесконечный процесс товаров, порождает капитал, производит тем самым прибавочную стоимость, которая вновь возрождает капитал, возрастающий и накапливающийся. Одновременно, сказали бы сегодня, этот процесс производства производит и материальные товары, и товары, которыми опьяняются угнетённые классы. Да, потому что и производство идей в капиталистическом обществе должно происходить по тем же законам, что и производство осязаемых предметов, которые мы называем товарами. Чтобы лучше передать эту мысль, достаточно вспомнить один из краеугольных камней общества потребления, то есть буржуазного общества, – в прошлые годы это было общеизвестно, а сегодня почти забыто: реклама – двигатель торговли. Так вот, порабощение пролетариата, помимо материальных условий существования, рабства наёмного труда, проходит и через “производство” идей господствующих классов, которые служат душой его идеологического господства. Вот отчего и “производство” идей о расах отнюдь не оторвано от господства правящего класса.

Поэтому и вопрос о “расах” в значительной части мира используется для увековечивания дискриминации и неравенства на всех уровнях и во всех сферах – как общественной, так и экономической. Ибо если хорошенько покопаться, то весь этот “панегирик” о расах, различиях, расизмах и тому подобном неизменно приводит к тому, что представляет собой производственные, экономические и социальные отношения, над которыми возвышается весь идеологический, культурный этаж надстройки буржуазии, где и разыгрывает свою карту обман. И, кстати, о картах: например, особенно в шестидесятые-семидесятые годы прошлого века, в первую очередь на вокзалах, всегда находилась какая-нибудь группа, зарабатывавшая на жизнь игрой в напёрстки. Обман, хотя все о нём и знали, почти всегда срабатывал. Как, впрочем, срабатывают и обманы государства-игорного дома с его разнообразными лотереями.

И разумеется, срабатывают и все прочие общественные фокусы-обманы: тебе кажется, что ты увидел карту, но это лишь иллюзия, реальность иная, но она окутана туманной дымкой. Например, когда рабочие были “невежественны”, они называли капиталистов их настоящим именем: мучители, хозяева, эксплуататоры. Затем, постепенно, всё изменилось, и хозяин сначала стал “принципалом”, а сегодня его обычно называют работодателем, а его организации – “объединениями работодателей”. И вот тут-то и происходит переворачивание с ног на голову и обратно. В самом деле, тот, кто берёт, кто присваивает себе чужой труд, хозяин, называется “дающим” (работо-дателем). Тот же, кто даёт, – рабочий, пролетарий, отдающий свой труд, внутри которого заключена прибавочная стоимость, или прибавочный труд, – оказывается тем, кто “берёт”. Ещё Энгельс в предисловии к первому тому “Капитала” упрекал немецких экономистов за подобный “мудрёный язык” (то были ещё зори “современной” политэкономии); он писал, помимо прочего: «_...французы приняли бы за помешанного такого экономиста, который вздумал бы назвать капиталиста donneur de travail [работодателем], а рабочего – receveur de travail [работополучателем]_»1. Но и это ещё не всё. Ибо эксплуатация – опять же в расхожем мышлении и языке, всё более туманном, загадочном и невнятном, п – считается таковой лишь тогда, когда хозяин-капиталист изменяет своему сочувствию; когда его “злобность”, его эгоизм и его привязанность к презренному металлу, проистекающая из презренной прибыли, переходят через край, выходят за рамки правил “справедливой эксплуатации”. То есть, в конечном счёте, за рамки равенства между равными – капиталистом и пролетарием, – которое закрепляется в знаменитом “do ut des” (я даю, чтобы и ты дал), хотя, к слову сказать, равными они вовсе не являются. Потому что обычный нож – не рукоятка, что само по себе уже огромное преимущество, а именно сам нож – находится у хозяина, и любому понятно, что это неравная борьба. Хороши же “равные”!

Этот язык, о котором шла речь выше, кодифицируется законами и договорами. Одним словом – правом. Право – вот то самое магическое словечко, которым все набивают себе рот, что было бы ещё полбеды, потому что на самом деле наполняется общественный мозг, которому все подчиняются, а он, напомним, есть право сильнейшего, то есть “карта” лишь узаконивает его власть. Стало быть, эксплуатация есть – тогда и только тогда, – когда выходят за рамки правил, права: эксплуатация – это когда работают “в чёрную”, когда не соблюдают договоры, когда заключают фиктивные (“пиратские”) договоры. Эксплуатация – это когда речь идёт о курьерах, о сезонных батраках, или, как это случилось на днях в мае, месяце, посвящённом Мадонне, когда в Милане “добрых людей”, в Милане “прекрасной Мадоннины”, почти в самом центре города около тысячи индийских рабочих буквально принуждают работать менее чем за 4 евро в час. Компания – ах, простите, “работо-датели” (ух ты!), работо-датели: теперь, пожалуй, лучше понятно, в чём состоит переворачивание понятия. Компания, стало быть, американская, и это объясняет также, почему им было совершенно наплевать на месяц Мадонны. Ведь если поставить их перед выбором: кошелёк или Мадонна – выбор десять раз из десяти падёт на кошелёк. Это же американцы. Вот это – эксплуатация. А если тебе, напротив, повезло работать, если у тебя есть “счастье” быть сотрудником Stellantis или Electrolux, тогда никакой эксплуатации нет, там никакого вымогательства прибавочной стоимости не происходит. Они там и слова такого – “прибыль” – не знают. А шведы – вообще прекрасные люди, лучшие хозяева в мире, у них такое человечное лицо, каким и человек не обладает. И семья Elkann – тоже прекрасные люди, образцовая семья. Каждый раз, здороваясь друг с другом: “чао”, – они рискуют друг друга прикончить, потому что их “чао” – это пули. Мать Маргерита ходит в бронежилете. Одним словом, они не эксплуатируют – но уж когда дело доходит до увольнений, тут они никому не уступят. Чего только не сделаешь ради блага компании. Доходит даже до увольнений. Ах, уж эти хозяева. Но не волнуйтесь: эти-то не эксплуатируют.

Итак, возвращаясь к отношению равенства между равными, то есть между капиталом и трудом, – ясно, что зарплата, воспроизводя средства сохранения и воспроизводства рабочей силы, одновременно непрерывно воспроизводит капитал, потому что лишь этим специфическим способом капиталистического производства (включая Stellantis и Electrolux) капитал возрастает и накапливается: то есть цепи, на которых держат на поводке класс эксплуатируемых. Эксплуатация, стало быть, внутренне присуща капиталистическому способу производства – это его ДНК. И это не зависит ни от степени эксплуатации, более или менее интенсивной, ни от процента относительной или абсолютной прибавочной стоимости, которая вымогается, ни от жестокости, насилия или “мягкости”, с которой это происходит. В равной же мере очевидно, что пролетариат никогда не должен ослаблять свою повседневную борьбу против капитала за улучшение условий своей жизни и существования, всегда имея неизменной целью преодоление этого недостойного общества. Общества, которое держится на священных ценностях эксплуатации и порабощения пролетариев. Это и есть подлинная религия буржуазных свиней. Горе же, если бы это случилось, горе, если бы ослабла борьба против капитала, ибо это было бы равносильно, как говорил Маркс, превращению в бесформенную массу отчаявшихся.

И вернёмся ненадолго к расам. Мы уже писали выше по поводу конституций и деклараций прав человека, что понятие расы используется как социальный конструкт. На эту тему существуют сотни исследований, которые мы, разумеется, здесь рассматривать не будем. Нас интересуют здесь именно “напёрстки”. Возведение понятия расы как социального конструкта иные возводят к статье Ричарда Левонтина (американского биолога и генетика, “пахнущего” марксизмом), но на самом деле дело обстоит не так: «_...потому что это понятие было категорически утверждено в различных официальных декларациях ЮНЕСКО в годы, непосредственно последовавшие за войной_»2.

Так вот, что нас здесь главным образом интересует – это неизменное заклинание расы, выдаваемое за свою противоположность, оставляющее тем самым всегда тот же зловонный след: будто мы всё же не все равны. Да, верно, разных человеческих рас не существует, но всё же...

Послушайте, что говорит наша доморощенная интеллигенция, Академия делла Круска, хранители “истинного” итальянского языка, по поводу слова “раса”. Прежде всего надо уточнить, что слова не оторваны от контекста, в котором они рождаются, – иными словами, говоря прямо, они рождаются не в стерильной камере, не в стеклянном пузыре, отделённом от окружающего мира; они рождаются и складываются, как и их толкования, в рамках той среды, в которой они “живут”. А эта среда – экономическая, социальная, отношения между людьми, одним словом, производственные отношения, – именно она определяет всё человеческое поведение, идеологии, а также язык. Что такое, в сущности, “право”? Это “закрепление” права господствующих классов, иначе какое же это было бы право, – и оно состоит из слов, а их толкования принадлежат господствующему классу. Что, в самом деле, имели в виду Маркс и Энгельс, утверждая, что тот, кто владеет средствами материального производства, владеет одновременно и средствами производства интеллектуального?

Революционеры 1789 года, находясь под влиянием просветителей, ни секунды не колеблясь, вычеркнули слово “раса” из Декларации... желая тем самым утвердить полное равенство людей. Это было, конечно, предвестием штурма небес. К слову, “раса” происходит вовсе не от латинского “generatio” и не от латинского же “ratio”, а от старофранцузского “haraz”, что означает просто “коневодческий завод”, табун, стадо. Мы не хотим здесь, по понятным причинам, углубляться в эту тему. Как не хотим вдаваться и в суть оправданий, которые привели к включению слова “раса” в различные Декларации, включая Конституцию. Отсылаем к статье Академии делла Круска3. В этой статье, по сути, утверждается, что слово “раса” было включено в конституцию именно для того, чтобы её отрицать, и что, вопреки заголовку статьи («“Раса” как синоним нечеловеческой идентичности»), это не имеет к делу никакого отношения. Одним словом, отрицание отрицания, всё тот же “мудрёный” язык. Который прячет в своих складках тот факт, что в глубине души мы вовсе не все равны, но всегда найдётся кто-то более равный, чем остальные.

Вернёмся к ЮНЕСКО, всё так же в связи с расами, и надо сказать, что действительно эта организация ООН неоднократно подтверждала, что человеческих рас с биологической точки зрения не существует. Впрочем, речь идёт о международном учреждении мировой буржуазии, которое вполне может и “хорошо проповедовать” на потребу народу. Но достаточно лишь взглянуть на преамбулу его устава, чтобы увидеть, сколько несуразностей она вмещает в нескольких словах. «_Правительства государств, являющихся сторонами настоящей конвенции, от имени своих народов заявляют: что войны рождаются в умах людей и именно в умах людей должна быть заложена защита мира_».

На момент принятия устава, в 1945 году, государств-участников было 41; сегодня их 194, и все они признают этот учредительный акт.

Что ж, примем к сведению, что войны, для всех государств мира, кроме одного, рождаются исключительно от дурного воспитания и злого умысла. Прямо-таки слышится Троцкий, которого мы приведём целиком, потому что этот отрывок всегда стоит перечитать: «_...средневековые ремесленники и неграмотные крестьяне имели, как известно, странное пристрастие давать убивать себя из-за филологических тонкостей в откровениях Иоанна, как русские раскольники подводили себя под истребление из-за вопроса, креститься двумя пальцами или тремя. На самом деле в средние века не менее, чем теперь, под символическими формулами скрывалась борьба жизненных интересов, которую нужно уметь раскрыть. Один и тот же евангельский стих означал для одних крепостничество, а для других – свободу_»4. И, при всём трагизме тех дней, не сдержать было громового хохота. Того же самого хохота, только с усилением более чем в полтора века – вот вам и наша “эволюция”.

Ну да, конечно, ум, или, если угодно, душу, ещё как-то можно воспитать, проблема возникает с сейфом. Закроем тему великих мистификаций и обманов вокруг всеобщих деклараций о принципе равенства прав. «_Все граждане обладают равным общественным достоинством и равны перед законом_» – это конституция; в том же ключе Всеобщая декларация...: «_Люди рождаются и остаются свободными и равными в правах_». Так вот, единственная правда, которую содержат эти напыщенные декларации, состоит в том, что люди (разумеется, включая и женщин) рождаются – и точка. С этим мы согласны.

Всё остальное – это “стихи” Евангелия и Библии в буржуазно-капиталистическом соусе. То, что граждане не обладают равным достоинством, написано в книге повседневной жизни. То, что у сына буржуа в тысячу раз больше возможностей, чем у сына рабочего, – факт настолько очевидный, что даже грубые камни, если бы их спросили, знали бы ответ. А что уж говорить о мигранте – вроде тех, о которых шла речь выше, из “Мадоннины”, – который, помимо условий полурабского наёмного труда, чтобы получить “счастье” добраться до Прекрасной страны (ну да...), вынужден ещё и войти в водоворот организованной преступности, вербующей рабочих в Индии, и заплатить 5 тысяч евро, чтобы заслужить себе “отдых” в Милане своей мечты, на службе у трампистских американос. Чего же ещё желать от жизни! Что ж, надо и довольствоваться малым – в конце концов, есть и те, кому приходится хуже. Сельскохозяйственные батраки из Амендолары, индийцы и афганцы, тем временем перестали жаловаться, а главное – перестали докучать хозяевам требованиями выплатить зарплату. Надо же, в каком мире мы живём: они ещё и зарплату требуют! Но подручные хозяев быстро навели порядок. Их сожгли заживо.

Ретивая премьер-министр, которая приходит в ужас, увидев кошку, перебегающую дорогу, – причём ещё до того, как это произошло, – на этот раз ей понадобились целые сутки, чтобы подобрать четыре слова и выразить возмущение столь чудовищным и бесчеловечным деянием. Министр сельского хозяйства Лоллобриджида позволяет себе “суровое”, с позволения сказать, заявление, от которого содрогаются ндрангета и её окрестности: «То, что произошло, – трагично, мы призвали силы правопорядка действовать всеми средствами против этих форм преступности, которая, по всей видимости, носит организованный характер». Ну надо же, кто бы мог подумать – «преступность, которая, по всей видимости, носит организованный характер». Пьянтедози, великий полицейский, когда речь идёт о подавлении рабочих демонстраций, превращается в кроткого ягнёнка, когда дело касается экономики – той самой, что не имеет ни малейшего благословения законности, но всё же полезна Родине. Или же, учитывая обстоятельства, при всём их трагизме, – просто прикидывается индейцем.

Но здесь всплывает всё то же соучастие государства, которое делает вид, будто ничего не знает. Государство, которое сегодняшними средствами способно узнать даже число волосков у тебя на голове, а вот... когда дело доходит до теневой экономики и преступности, – блуждает в кромешной тьме. Но что поделаешь. По оценкам, оборот этой теневой и преступной экономики в Италии составляет около 220 миллиардов в год. В мировом же масштабе – порядка 12 500 миллиардов долларов. А когда обороты достигают такой величины, срастание государства с преступностью становится нормой. Рвать на себе одежды из-за четырёх заживо сожжённых – торжество лицемерия перед лицом более чем 20 тысяч убитых в Газе детей; вы только вдумайтесь: если бы их выстроили в ряд, они заняли бы улицу длиной в 10 километров! И что-то не видно, чтобы эти гробы побеленные потратили хоть тысячную долю капли своей слезы. Как раз 19 июня, два года назад, произошла трагедия Сатнама Сингха, индийского батрака, который в полях Агро-Понтино получил смертельную травму: после ампутации руки и раздробления ног хозяева бросили его – вместе с его же рукой в ящике – у порога дома. Помимо привычных фальшивых слёз различных властей, президент Маттарелла, сохраняя серьёзность, назвал его смерть «случаем, чуждым цивилизации». Уж наверняка чуждым лично ему, потому что он «не понимал» одной очевиднейшей вещи: «это и есть цивилизация». Та самая цивилизация, что обращается с этими мужчинами и женщинами сорта “Z” как с простыми объектами – но при этом с ценным товаром, поскольку они производят стоимость. Ту самую стоимость, которой он тоже пользовался и пользуется: как парламентарий, как судья конституционного суда и как президент Республики. Типичный паразит, как и все его собратья по этому предприятию. И, возможно, он забыл, как в час наивысшего блеска цивилизации, в марте 1999 года, некий Маттарелла Серджо, в пренебрежении к Конституции, в качестве вице-премьера участвовал в бомбардировках Сербии, которые вызвали тысячи раненых и столько же тысяч убитых. Но, как известно, есть мёртвые и мёртвые. Это называют неравенством мёртвых. Достаточно перепрыгнуть через невысокую стенку – и вся картина повествования, и все стихи, которые надлежит читать, полностью меняются.

Итак, подведём итог: рождаемся ли мы все равными, с одинаковыми правами, одинаковыми возможностями, одинаковым законом и одинаковым назначенным адвокатом? А есть те, кто рождается с целой свитой адвокатов, которые почти всегда добиваются для тебя истечения срока давности. И если этого мало, они ещё и заставляют законодателей работать в свою пользу. Так что эти правоведы, обходящиеся “в целое состояние”, – они, что ли, находятся в распоряжении металлиста, индийского рабочего-батрака, курьера – точно так же, как и Маска? Стало быть, ребёнок, рождённый в Газе или в Судане, равен сыну Мелании Трамп? Реальность же, к несчастью, иная: это буржуазное общество, держащееся на непрестанной эксплуатации, идущей рука об руку с непрестанным обманом, который венчает её голову своим ореолом.

НОВЫЙ ПРОРОК

Новый призрак бродит по миру, пусть содрогнутся господствующие классы: World Inequality Lab (Всемирная лаборатория неравенства), одним из наиболее ярких представителей которой является Тома Пикетти. 4 июня, по случаю конференции 2026 года, он представил книгу объёмом 136 страниц – “Как достичь равенства к 2100 году” – из серии Global Justice Report. Прежде всего представим со всеми почестями господина Пикетти, экономиста нарождающегося – в том смысле, что он придаёт энергию, – подчинённых классов. Новый Маркс? Ну, не будем преувеличивать, хотя он уже написал два монументальных труда, способных вогнать в краску кого угодно: две тысячи двести страниц мыслишек на вольную тему.

Один называется “Капитал в XXI веке”, другой – “Капитал и идеология”. И хотя бы названия, кажется, что-то и кого-то напоминают, но то, что внутри, – это уже совсем другое дело. Впрочем, он сам об этом говорит. В одном старом интервью он сразу же поясняет, что “Капитал” он не читал, потому что тот слишком труден. Зато читал “Манифест”. Прекрасно. И вот, чтобы доказать серьёзность своего учёного, не читавшего Маркса (“Капитал”), что же он делает? Критикует Маркса и его труды. Сразу же он представляется, заявляя, что вырос, слушая по радио (1989) о «крахе коммунистических диктатур», по которым не испытывал «ни малейшей ностальгии»; и уже тут он даёт понять, будто в Советском Союзе было нечто, действительно похожее на коммунизм: пусть уж “реальный социализм”, и то ладно... но неужели прямо коммунизм? Тем самым он доказал, что не понял решительно ничего. Или, быть может, понял всё, и, как добропорядочный прогрессивный буржуа (?), сам подпитывает сказочку о коммунизме.

«_Я пожизненно привит от избитых и конвенциональных антикапиталистических рассуждений, которые порой словно бы не замечают фундаментального_ исторического провала реального социализма _и слишком часто отказываются прибегать к надлежащим интеллектуальным средствам для его осмысления_»5. Вот, пожалуйста. Гнусная пропаганда рядового мелкобуржуазного либерала. А что вообще означает “реальный социализм” – это загадка, которая была одинаково удобна и Востоку, и Западу. Ни одному революционеру подобное выражение никогда даже в прихожую мозга не приходило. Но Пикетти его подхватывает, как добропорядочный современный социалист. Его-то на мякине не проведёшь, он пожизненно привит от антикапиталистических рассуждений: «Меня не интересует обличение неравенства или капитализма как таковых – тем более что социальные неравенства сами по себе не составляют проблемы, коль скоро они оправданы, то есть “основаны на общей пользе”, как провозглашает статья 1 Декларации прав человека и гражданина 1789 года...» (Там же).

Верно, нечего возразить. Подтверждение того, что перед нами мелкий, мелкий буржуа. Проблема не в капитализме и его неравенствах как таковых, помилуйте; и тем более не в них, если они оправданы высшим общим благом. Ещё прежде чем переходить к сути дела, спрашиваем себя: зачем тратить столько бумаги и столько времени, если разоблачать капитализм и неравенства как таковые не входит в задачу – тогда в каком же смысле их вообще разоблачать? Это загадка. Стало быть, буржуазное государство волшебным образом исчезает, капитал тоже растворяется в дыму мозга Пикетти; на страницах газет появляются заголовки крупными буквами: «Последние новости: пропало государство, а вместе с ним и вся буржуазия. Щедрое вознаграждение тому, кто их найдёт!». Но исчезает и противоречие между пролетариатом и буржуазией, эксплуатация рабочей силы становится далёким воспоминанием; сельскохозяйственный батрак, которому платят чуть больше двух евро в час, получающие тысячи производственных травм ради экономии на зарплате, мигранты, вынужденные работать по 12–14 часов в день, всегда за плату ниже уровня, необходимого даже для простого сохранения и воспроизводства их собственной рабочей силы (учитывая предложение человеческого материала и перенаселённость), и так далее и тому подобное, – всё это фантазии.

В своей книге о равенстве он оказывается даже хуже утопистов вроде Ш. Фурье или Р. Оуэна, рисуя фантастические домики, увитые цветами, парящие в воздухе. Его предложение, которое, впрочем, есть то же самое предложение “World Inequality Lab”, покоится на двух столпах, а именно: «._..социальное государство и прогрессивный налог – весьма эффективные инструменты, настолько эффективные, что способны преобразовать капитализм_»6. Но фантазия несётся без всяких границ, рассуждая о вмешательствах и налогообложении в отношении капиталов, оставляя при этом сам капитал и самих капиталистов на своих местах. Приведём поэтому две из многочисленных нелепостей, принадлежащих ему и “World Inequality Lab”.

По поводу имущественного неравенства у него есть поистине революционная идея. «_50 % беднейших почти никогда не владели ничем существенным..._»? Так вот решение: обеспечить возможность получения минимального наследства, перераспределение наследства. Например: «..._минимальное наследство могло бы составлять 60 % от среднего имущества на одного взрослого (то есть 120 000 евро при среднем показателе порядка 200 000 евро, как это сейчас во Франции), выплачиваемое всем по достижении 25 лет_» (Там же). О! Чёрт возьми, и как только до этого не додумались раньше. «_Финансируется за счёт прогрессивного налога на имущество и наследство в 5 %_» (Там же). Но это ещё не всё, идём дальше. Приходим к “партиципативному социализму”. Он представляет собой не менее революционное предложение – а как же иначе, тут прямо целое цветение революций; мягких и демократичных, ведь мы же порядочные люди, не так ли. В последнее время (дело происходит в конце 2021 года) вновь открылась дискуссия «._..по поводу предложения о “фондах наёмных работников”, выдвинутого в 1970–1980-х годах Рудольфом Мейднером и его коллегами из шведского профсоюзного объединения LO. Согласно этой системе, которая касалась бы главным образом крупнейших компаний, работо-датели_» (вот оно, снова этот пресловутый мудрёный язык добропорядочного буржуазного экономиста) «_были бы обязаны ежегодно перечислять часть прибыли в зарплатный фонд, позволяющий работникам постепенно взять под контроль 52 % капитала в течение двадцати лет_» (Там же). Улала, сказали бы во Франции. И как это мы раньше не додумались: оттяпать компании прямо из-под носа у хозяев, даже пальцем не пошевелив. Но, как говорится: чёрт горшки лепит, да не всегда крышки к ним подгоняет: «..._это предложение вызвало яростные протесты шведских капиталистов и не было принято. Но недавно оно было вновь поставлено на повестку дня частью американских демократов (в частности, Берни Сандерсом и Александрией Окасио-Кортес)_» (Там же). Итак, прошло практически пятьдесят лет с того предложения, на которое шведская буржуазия ответила яростно, – и что революционеры шведские, что революционеры из World Inequality, что сам господин революционер Пикетти, все они вернулись в свою конуру, в тёплые и успокаивающие объятия господствующего буржуазного класса.

РЕГРЕССИВНОЕ НАЛОГООБЛОЖЕНИЕ И ПРОЧИЕ ПОДЛОСТИ

Тем временем в США и Берни, и госпожа Александрия сражаются со свирепым блондинчиком, который уже нанёс им, среди прочих, два удара, от которых те до сих пор не оправились. Один – при помощи “Прекраснейшей”, да, именно так, налоговой реформы, “Big Beautiful Bill” – в русле той самой прогрессивности, столь дорогой сердцу Пикетти. Реформы под девизом «дави на бедного», ибо я богат и таким хочу оставаться. Продление на 4500 миллиардов налоговых льгот из пакета, уже принятого в 2017 году. В качестве первого источника финансирования, во имя равенства, – славное сокращение на 1000 миллиардов долларов программ социальной помощи, недурно. Но это ещё не всё. Дополнительный рост дефицита на 3300 миллиардов за десять лет, которые прибавятся к и без того колоссальному государственному долгу, достигшему уже 39 тысяч миллиардов, и если дела пойдут тем же ходом, ожидается, что к 2055 году эта “великая красота” увеличит долг ещё на 16 000 миллиардов сверх “обычного” текущего роста дефицита; операция, которая оставит без медицинской страховки на 11 миллионов человек больше (то есть беднейших). 10 % самых богатых семей получат налоговую льготу в 12 000 долларов в год; напротив, те же 10 % беднейших семей столкнутся с ростом налогов на 1600 долларов в год. Как легко видеть, “земля обетованная” равенства бодрым шагом движется к обрыву. Илон Маск назвал эту реформу “отвратительной мерзостью”. Иной благонамеренный а-ля Пикетти сказал бы: “даже он”! Успокойтесь. Причина его отвращения кроется в том, что речь идёт о такой массе расходов, которая усугубит государственный долг. Кроме того, последствия этих мер напрямую ударят по промышленным интересам Tesla. Вот, и только вот в чём подлинная причина его несогласия. Поднятый щит американской буржуазии, стоящей во главе всей мировой буржуазии, – это насилие... буржуазное насилие, перемалывающее «_демократический, партиципативный и федеральный, экологический и метисный социализм_». Это реакция против всякой, даже самой бледной мысли, витающей в головах каких-нибудь буржуазных “мечтателей”, вздумавших отнять хотя бы один-единственный доллар у имущества и богатств капиталистов.

Закон существенным образом вмешался и в сферу защиты и внутренней безопасности – 350 миллиардов долларов, из которых 175 – на депортации, с наймом ещё 10 тысяч агентов ICE. Да уж, история и впрямь скверная: ты выпячиваешь грудь с высочайшей демократической гордостью, а агент ICE стреляет в тебя из револьвера – вовсе не демократического, потому что свинец демократическим не бывает, ведь свинец всегда служит королю... хозяину и капиталисту. И на свинец отвечают классовой борьбой, революцией, а не выпяченной грудью.

В Италии происходит фактически то же самое, пусть и не с той же яростью, но и в Прекрасной стране прогрессивность налогов (НДФЛ) давно уже пошла к чёрту. В 1974 году, при её введении, ставок НДФЛ было 32; сегодня, усердно подметая, их осталось три, и это ещё не конец. Тогда максимальная ставка составляла 72 %, сегодня – 43 %. Как видим, прогрессивность наоборот – тот самый пресловутый “партиципативный социализм”. Но в ту же логику обратной прогрессивности вписывается и плоский налог, который кое-кто даже называет “прогрессивным налогом” – оксюморон чистой воды, ведь flat tax означает “плоский налог”, прямую противоположность прогрессивности. И в том же направлении, противоположном прогрессивности, выстроена вся конструкция налогообложения и сборов. Акцизы на топливо, например, которые в последнее время вновь оказались на слуху из-за роста цен на нефть из-за войны, развязанной всё теми же бандитами-преступниками, – когда их снижают, ими пользуются абсолютно все в равной мере: и тот, у кого доход 1000 евро в месяц, и тот, у кого 10, 20, 30 тысяч, просто для примера. Точно так же действует и НДС – что для богатого буржуа, что для бедного пролетария. Тем временем инфляция вновь поднимает голову, сводя на нет те несчастные жалкие евро “прибавки” к зарплате. Как будто этого мало, ещё одно подтверждение от Istat в мае прошлого месяца: потеря зарплаты составила 8,6 % с 2019 года по сегодняшний день. Чего только не сделают хозяева: от плоского налога для средних слоёв, приносящих голоса, до плоской зарплаты для пролетариев. Равенство книзу. Но всё же это своего рода борьба против неравенства.

ВЫВОДЫ

Мы могли бы до бесконечности приводить примеры за примерами, доказывающие многообразные неравенства. На каждом шагу – препятствие среди тысячи ступеней и преград, расставленных господствующим классом. Преград, которые постоянно бьют в лицо эксплуатируемым классам. Богатство, накопленное буржуазией за счет эксплуатации пролетариата, который каждый день своим прибавочным трудом пополняет и без того переполненные казны правящего класса. Forbes 30 ноября 2023 года опубликовал отчёт UBS (швейцарского банка), из которого следует, что 1000 миллиардеров передадут своим детям 5200 миллиардов долларов – сумму, эквивалентную всему ВВП Германии, третьей экономики мира. «_Большинство миллиардеров увеличили своё состояние благодаря наследству, а не благодаря предпринимательству_». И на этом, в значительной мере, заканчивается и сказочка о предпринимательстве.

10 % самых богатых американцев зарабатывают в среднем на 3200 % больше, чем 10 % самых бедных; в Южной Африке доходит и вовсе до 24 000 %. Да и маленькая Италия не отстаёт. Только что вышли данные Банка Италии, рисующие картину страны, отнюдь не стоящей на пороге равенства: ситуация, как и во всём мире, – прямо противоположная. 10 % самых богатых семей контролируют 60,6 % всего чистого богатства страны. В то время как беднейшая половина делит между собой 7,2 % – это называется бедностью, но газеты называют это богатством. Впрочем, оно достаётся лишь одной стороне. Вот как можно играть словами. Всё те же “медиа”, говоря об этих данных, часто выражаются так: “наиболее состоятельные семьи”; а с противоположной стороны – “менее состоятельные семьи”. Послушайте, как это звучит, – сладкая мелодия, «сладкий звон, который нас похищает» и обкрадывает (перефразируя Данте), а не грубо: самые богатые, самые бедные. Как некрасиво звучит, как некрасиво выглядит. И у слуха есть свои права, не только у глаза.

Климатические неравенства разрушительны, потому что бьют главным образом по беднейшим. Как и войны, где гибнут прежде всего пролетарии, – трудно увидеть на фронте “papà”-сынков. Трудно увидеть, как они гибнут на стройке. Разумеется, и здравоохранение, доброе здоровье, куда чаще селится в богатых кварталах. Исследование английского эпидемиолога Майкла Мармота гласит: «_Например, живущие в бедных кварталах в среднем живут на 7 лет меньше, чем живущие в богатых кварталах, и зачастую с большим числом ограничений здоровья – с разницей вплоть до целых 17 лет. Социальный и экономический статус напрямую связан с состоянием здоровья_»7.

Есть весенние социалисты, и летние, – одним словом, есть социализмы и социалисты на все времена года. Есть даже социалисты у власти – взять Испанию в Европе; а Китай – куда его отнести? Возможно, чуточку этатистский и авторитарный, а может, и вовсе не социалистический. Потому что обманщики прекрасно знают, что одного лишь перехода собственности недостаточно, чтобы перейти от империалистического капитализма к империалистическому “социализму”. Как говорится: не всё то золото, что блестит. Под платьем ведь скрывается тело, во всём и полностью идентичное мрачному капитализму: буржуа с одной стороны, пролетарии – с другой. С прибавочной стоимостью, капиталистическим накоплением и прибылью. Есть у нас ещё итальянские и французские социалисты, большие болельщики вооружений, поджигатели войны, но при этом желающие обложить богатых более прогрессивным налогом. На словах. Всё те же исторические повторы и возвраты. Как, например, в Италии в 70-е годы прошлого века, когда, с сильно прогрессивным налогом, как уже говорилось выше, у нас, по мнению всё тех же идеологов обмана, при Христианско-демократической партии и ИСП, был – сами того не заметив, – социализм, пусть и не реальный, но идеальный, духовный, католический и народный. Аминь! Но затем солнце закатилось, и из бурного моря всплыло всё то же буржуазное дерьмо, посмеивавшееся за спиной у всё тех же слуг-дурачков. Всё тех же лакеев, всегда состоящих на службе у хозяев, послушными домашними слугами.

Урок для класса: никакое перемирие невозможно, никакое примирение с классом, который тебя эксплуатирует и делает саму эту эксплуатацию смыслом собственного существования. Непрерывное создание прибавочной стоимости, извлекаемой из рабочей силы, всё более интенсивное, – вот цель капитала, ибо только так он может самовозрастать, расти, накапливаться. Говорить об устранении неравенства, говорить о равенстве, оставляя нетронутой систему капиталистической эксплуатации, пусть даже самую демократическую, – это оксюморон. Неравенства – это жизненные соки капитала, одно не исключает другого, оба питают друг друга. В этом и заключается вечный антагонизм с господствующим классом. Именно эта вечная борьба и должна вестись угнетёнными классами: разрушение нынешнего положения вещей, то есть разрушение капитала и всех его придатков. А это возможно лишь тогда, когда класс обзаведётся необходимым орудием – интернационалистской и коммунистической партией, – чтобы пройти путь, долгий путь, ведущий его к своему освобождению.

T

1 - Второе издание собрания сочинений Маркса и Энгельса, том 23, стр. 28.

2 - ilsole24ore.com Луиджи Лука Кавалли Сфорца 2 сентября 2018 года.

3 - Accademiadellacrusca.it “Слова имеют вес”. “Раса” — синоним нечеловеческой идентичности.

4 - Лев Троцкий: “История Русской революции”, том 1, стр 150.

5 - Томас Пикетти: “Капитал в XXI веке”.

6 - Т. Пикетти: “Краткая история равенства”.

7 - Сильвио Гараттини. Профилактика — это революция. Чтобы жить лучше и дольше.